Да просто: исламисты хорошо кладут на лапу местным властям и спокойно УНИЧТОЖАЮТ ВСЁ.

КАК САРАНЧА. Дело не в них конкретно. Дело в мертвецкой спячке общества и в ТОТАЛЬНОЙ ПРОДАЖНОСТИ ВСЕХ У ВЛАСТИ.

 

Господин правдолюбец ударил не в тот колокол.

 

 

30. 08. 2010 г., Константин Куц, Франкфурт-на-Майне. Наивны, доверчивы, обмануты. Таким представлено коренное население ФРГ в книге Германия отменяется (Deutschland schafft sich ab). Её автор член совета директоров Бундесбанка Тило Заррацин, давно известен своими хлёсткими высказываниями, однако на этот раз превзошёл самого себя.

 

65-летний экономист убеждён, что нынешняя миграционная политика Германии со временем приведёт к Германию к полному краху. К тому, что на улицах чаще будет звучать арабская речь, женщины дружно наденут платки, а минареты сделаются обыденной частью городского ландшафта.

 

Левые политики сочли эти выводы проявлением расизма. Между тем, судя по опросам, подавляющее большинство жителей Германии, 89%, разочарованные миграционной политикой последних лет, разделяют точку зрения Заррацина.

 

Германия поглупеет сама собой. Надо только подождать, убеждён Тило Заррацин. Всё произойдёт естественным образом, пишет он, переселенцы из Турции, Ближнего Востока и Африки менее образованы, нежели мигранты из других стран, однако при этом более плодовиты

 

Это выдержки из 400-страничного труда Германия отменяется, вызвавшего в ФРГ громкий скандал уже после публикации пары цитат.

 

Я не собираюсь признавать тех, кто живет за счёт государства, его не признаёт, не заботится об образовании своих детей и занимается бесконечным производством новых девочек в платках, пишет автор, это касается 60% турецкого и 70% арабского населения в Берлине.

 

По сути, это развернутое представление мыслей Тило Заррацина, которые осенью прошлого года были опубликованы в журнале Lettre International. Тогда политики, в том числе коллеги по социал-демократической партии, сочли их чрезмерно радикальными. Впрочем, были и единомышленники.

 

Я не понимаю этих треволнений, заявил Франк Берберих, главный редактор Lettre International. Они основаны на некоторых цитатах, вырванных из контекста. Своего рода сенсационная журналистика. Это не оскорбление, а своеобразная нежность и отчаяние: они-то и проявляются в той резкости, с которой высказывается Заррацин.

 

Специальная комиссия СДПГ в марте этого года, изучив и взвесив все высказывания Заррацина, крамолы в них не нашла. Однако после появления книги, расставившей акценты ещё более жёстко, социал-демократы всерьёз заговорили об исключении финансиста из партии. Заррацин слишком умён, чтобы не знать, что он говорит или пишет, мрачно заявил мрачный мэр Берлина Клаус Воверайт. Его не стоит героизировать, как это делают некоторые. Но нет смысла его шельмовать. Нужно подумать над его словами, что мы и сделали.

 

Возмущение, вероятно, справедливое, вызвал тезис Заррацина о глупости мусульман, якобы обусловленной генетически. Газета Frankfurter Allgemeine в своем редакционном комментарии назвала глупостью само это утверждение, заодно поставив под сомнение разумность и других тезисов финансиста. Между тем, Тило Заррацин, экономист по образованию, в своих выводах приводит немало любопытной статистики.

 

В Великобритании, Франции, Германии, Голландии, Бельгии, Дании или Норвегии мигранты-мусульмане похожи, пишет автор книги Германия отменяется: они в большей степени зависимы от социальных трансферов, менее образованы, более плодовиты, более склонны к формированию параллельных обществ; их религиозность проявляется отчетливее, с более заметной склонностью к консервативным и фундаменталистским тенденциям ислама, пишет Заррацин. Уровень преступности среди мусульман выше: это касается как уличной преступности, так и участия в террористической деятельности.

 

Мы всех вас любим девиз сколь не историчен, столь и нелеп, продолжает Заррацин. Всплеск правых политических движений, заметный во многих европейских странах, референдумы о строительстве минаретов это следствие неисторической, наивной и оппортунистской миграционной политики Европы.

 

Я не хочу, чтобы страна моих внуков и правнуков стала преимущественно мусульманской. Я не хочу, чтобы на улицах чаще звучала арабская и турецкая речь, чтобы женщины носили платки, а ритм жизни регулировался кличами муэдзинов. Если я этого захочу, то я могу провести свой отпуск на Ближнем Востоке.

 

Что же делать? В поисках выхода финансист обращается к опыту США, которые вместо того, чтобы бесплатно помогать мигрантам, дают им возможность заработать, по сути, принуждая их вписываться в общество.

 

Норберт Больц, профессор медиатехнологий из Берлина, убеждён, что высказывания Заррацина попросту не вписываются в привычные для Германии представления о политкорректности. Шутка в том, что Заррацин вызвал возмущение не у немецкого населения, а у левых интеллектуалов, на протяжении многих десятилетий доминирующих в Германии и повлиявших на то, что мы называем политкорректностью, отмечает Больц. Левые взгляды широко представлены в СМИ, в особенности в государственных медиа. И тут внезапно выяснилось, что взглядам, к которым привыкли социал-демократы, имеется альтернатива.

 

После публикации фрагментов книги Бундесбанк поспешил дистанцироваться от спорных высказываний одного из своих руководителей. С необычной для себя резкостью высказалось и немецкое правительство: по мнению его представителей, тезисы Тило Заррацина оскорбительны для миллионов жителей Германии.

 

Кстати, из 15 миллионов мигрантов, живущих в ФРГ, более 45% исповедуют ислам. Между тем, согласно опросу газеты Bild, 89% жителей Германии разделяют позицию одного из руководителей Бундесбанка.

 

За вычетом демонстративной провокационности, тезисы Тило Заррацина местами сильно напоминают выводы из другой книжной новинки последних недель. Конец терпению (Das Ende der Geduld) так озаглавила свой труд Кирстен Хайзиг. Судья из проблемного берлинского квартала, анализируя молодёжную преступность немецкой столицы, говорит о необходимости честного и беспристрастного информирования населения, тогда как сейчас предпочитают закрывать глаза на происходящее.

 

Хайзиг имеет право на критику, пишет газета Hamburger Abendblatt. Свою работу она не ограничивала залом суда. Она организовывала встречи родителей вместе с арабским культурным центром, общалась с социальными работниками, слушала учителей в своем районе и экспертов по вопросам интеграции из других стран. Так она сделалась экспертом по вопросам интеграции, правого и левого экстремизма, образованию, проблемам молодёжной наркомании и преступности, связанной с оборотом наркотиков.

 

Однако попытка честного и беспристрастного анализа молодёжной преступности скандала не вызвала, а замечена книга была лишь в связи с трагической судьбой автора: незадолго до публикации Кирстен Хайзиг покончила жизнь самоубийством. Или ей помогли это сделать. ЛУЧ.

 

После драки распустил кулаки.

 

ЛУЧ: Образованный, убелённый сединами господин. Считает себя кульурным человеком, представителем иной цивилизации. А ведёт себя, в лучшем случае, как дитя бессмысленное. А по большому счёту: как поджигатель или террорист.

 

Обратите внимание на себя. На свои ценности. На своё общество. На своих людей. Чем вы живёте. У вас кроме денег, сосисок и тупого накопительства нет иных идеалов. Вы гибнете? НЕТ: ВЫ ДАВНО ПОГИБЛИ.

 

Назовите свою книгу: Прошай, Гермния!, господин Саррацин.

 

 

 

 

LUCH 2010